Символы Смерти (СИ)

— Что будешь делать с диском? — Эникен кивнула на свёрток в его руках.
— Точно не выбрасывать, — невесело пошутил Дамир. — Как ты сама?
Эникен села рядом с ним и вздохнула.
— Не очень. Честно, я завалила это дело, — она откинулась на спинку кресла. — Фактически, я позволила Офелии довести дело до конца, и хотя последствия оказались для неё плачевными, мёртвых не воскресить. Я не остановила её…
— Ты не могла знать всего, — возразил Дамир.
— Да, я понимаю, — горько усмехнулась Эникен. — Но от этого не легче.
Некоторое время они сидели молча.
— Тебе нужно отдохнуть, — подал голос Дамир.
— Сегодня ещё много работы, — покачала головой Эникен. — Я зашла, только чтобы переодеться. Так что…
Она поднялась.
— Прости меня, Дамир, — вдруг сказала она, остановившись в проходе.
— Брось, Эникен, — махнул Дамир.
— Нет, правда. Прости, — и она вышла.
Дамир развернул половинки диска и снова посмотрел на них. Он вспомнил зелёный отблеск глаз Офелии, и ему даже стало жаль её.
«Я ведь тоже, может, даже и хуже этой Офелии. Я убивал Киро своей ревностью каждый раз, по поводу и без», — горестно подумал Дамир.
«…вы думаете только о себе… Киро несчастен рядом с тобой… пока он рядом с тобой, он будет страдать от твоей ревности, непонимания, невнимательности… он не заслуживает этого… Посмотри на него, каким он был год назад и какой он сейчас. За что ты так мучаешь его?»
— Прости, — вдруг вслух произнёс Дамир и закрыл глаза. Его сердце снова пронзила боль.
«Всё время я боялся, что я тебя потеряю. Я не мог жить без тебя и всё время причинял тебе боль. И я ненавижу себя за это… Ненавижу себя за то, что купил эту дурацкую доску, за то, что втянул тебя во всё это».
Дамир отложил половинки диска на диван и спрятал лицо в ладони, на глазах выступили слёзы.
«Вернись».
Лёгкий щелчок двери вернул Дамира в реальность, он торопливо вытер глаза и снова взял в руки половинки. Повертев их в руках, он снова соединил их. И в этот момент его пронзило странное чувство. Перед глазами возникла вспышка, и в этой белесой дымке Дамир увидел весь путь диска — обеих его половин. Как в ускоренном воспроизведении он видел мелькание лиц и людей, он видел смерти всех, кто прикасался к половине с надписью «Связанных смертью», и всех, убитых Офелией с помощью второй половины. Дамир понял всё.
Эникен, заглянувшая в комнату, заметила Дамира, который, замерев, смотрел в одну точку. Он не отозвался, когда она позвала его. Тогда Эникен подошла ближе.
— Дамир? — она потрясла его за плечо. Дамир выронил половинки и схватился за голову. — Дамир!
Дамир несколько раз моргнул и открыл глаза.
— Я, — хрипло произнёс Дамир. — Я просто увидел… Диск искал меня. Это моё проклятье…
Эникен с сожалением и сочувствием смотрела на Дамира.
— Сегодня был очень тяжёлый день. Постарайся заснуть.
Дамир только кивнул. Эникен ушла.
Дамир снова поглядел на разбитый диск, он завернул его обратно в ткань и встал с места. Редоу спал на соседнем диване в своём клоунском костюме. Дамир пошёл в комнату Редоу. Оставив половинки диска на тумбочке, Дамир лёг на кровать и закрыл глаза.
«Киро, сможешь ли ты простить меня? Смогу ли я сам простить себя?»
Дамир погрузился в темноту.
========== Книга IV. У ревности зеленые глаза. Глава 23. ==========
Дамир поднялся с кровати, как только за окном начало светлеть. Он едва спал этой ночью. В гостиной на диване он обнаружил спящего Редоу, правда, уже без костюма, а в его привычных льняных штанах и рубахе, на лице не было и следа от грима.
Из кухни послышался шум. Зайдя, Дамир увидел Рио и Сандера. Сандер стоял у стола, одной рукой опершись на него, а второй обняв Рио за шею. Рио стоял вплотную к Сандеру, обхватив его руками. Они целовались. Дамир почувствовал укол боли, ему вдруг стало не по себе. Он быстро отвернулся и вышел в коридор. Он вернулся в гостиную и сел напротив Редоу, спрятав лицо в ладони. У него было ощущение, что внутри у него огромная пустота, которая жжёт его. Он пытался успокоить себя. Но дышать было всё тяжелее.
Дамир с трудом открыл глаза и тут же зажмурился от света. Он лежал в какой-то комнате с белыми стенами, но они казались настолько яркими, что резало глаза. Тело болело, и он чувствовал себя так, как будто его вывернули наизнанку. Изо рта торчала какая-то трубка. Дамир неловким движением попытался освободиться от неё и сел на кровати. Осмотревшись, он понял, что находится в больничной палате. Рядом стояло кресло, на котором висела куртка Киро. Дамир напрягся, пытаясь вспомнить, что произошло.
«Киро собирался улетать во Францию, он ушёл, а я…»
Дамир похолодел внутри. Вдруг в палату кто-то вошёл. Это был Киро, который выглядел измученным. В руках он держал стакан кофе из автомата. Увидев, что Дамир пришёл в себя, он мгновенно позабыл о кофе и о бессонной ночи и, выронив стакан, бросился к нему. Он схватил его за плечи и пристально посмотрел ему в глаза. Он молчал и смотрел. Дамир замер. В глазах Киро было столько, что было трудно предположить, что он сделает сейчас. Вдруг Киро отстранился и с размаху дал ему пощёчину. Ощущая горящий след от удара на своей щеке, Дамир даже не успел ничего сообразить, как Киро с силой прижал его к себе так, что Дамиру стало больно.
— Никогда, ты слышишь меня? Никогда больше не делай этого, — прошептал Киро. Дамир слышал его, и он слышал, сколько любви было в этих словах. Из глаз покатились слёзы. Дамир высвободил руки и прижал его к себе.
— Прости меня, — прошептал он ему. Ощущая его тепло, Дамир понимал, какую страшную глупость он едва не совершил. Как Киро только успел? Он не чувствовал ни злости, ни обиды за Даниэля или за пощечину, он чувствовал только любовь. И только её он хотел чувствовать всегда.
Редоу лениво открыл глаза и сразу увидел Дамира, сидящего напротив. Ему показалось, что он плачет. Редоу резко сел.
— Эй, Дамир, — позвал он его. Дамир поднял голову, и Редоу заметил, что слёз в его глазах не было. — Ты в порядке?
Дамир несколько секунд смотрел на Редоу, собираясь с силами.
— Да…
Редоу прищурился.
— Врёшь ведь! Врёшь и даже не краснеешь! — возмущённо проговорил он. Дамир ничего ему не ответил. — Я вот голоден! Пошли есть!
Редоу спрыгнул с дивана.
— Стой! Там, — остановил его Дамир.
— Что? — удивлённо спросил Редоу, глядя на него.
— Там Рио и Сандер…
Редоу вдруг понял причину состояния Дамира. Он подошёл и сел рядом с ним. Но Дамиру не хотелось, чтобы Редоу жалел его.
— Ну, мы же не можем умирать с голоду из-за них, правда? Ты и так уже уступил им свою кровать! А кухня… она для других дел!
— Я не это имел в виду, — Дамир покачал головой.
— Ну, не важно, я пойду и помешаю им, — Редоу снова поднялся с места.
Но тут в гостиную вошли Сандер и Рио. Они буквально светились от счастья. Дамир был рад за них, но не мог избавиться от жгущего чувства тоски.
— Доброе утро всем, — сказал Рио, глядя на Дамира.
— Доброе, — буркнул Редоу.
— Доброе утро, — послышался голос Эникен. Парни расступились, чтобы она могла пройти. — Надеюсь, что все хорошо спали. Рада видеть, что с вами всё в порядке. Чего нельзя сказать о тридцати четырех погибших…
Эникен прошла по комнате и села на привычное место у ноутбука за стойкой.
— Кто стоял за этим? — спросил Рио.
— Можно сказать, что Офелия, — кинув быстрый взгляд на Дамира, ответила Эникен. — Всё это она делала из ревности к Рио. Родители Мелта всё подстроили, заменив реальность на то, что они хотели видеть, и Офелии это было на руку. Она пишет обо всём этом в своём дневнике. Но когда этой реальности что-то угрожало или даже не угрожало, Офелия вершила свой суд. Вот такие у ревности зелёные глаза. Но в какой-то момент сила обернулась против неё, — закончила Эникен. — Однако, вряд ли правда всплывёт. Скорее, Офелию объявят очередной жертвой неуловимого маньяка…