Символы Смерти (СИ)

Дамир задохнулся от возмущения.
— Слушай, ты не зарывайся! — Дамир вскочил, смахнув при этом на пол тарелку, которая разлетелась вдребезги. Рене испуганно ахнула. — Ты меня не знаешь, и незачем так говорить! Это, может, тебе с твоим каменным лицом и с куском железа вместо сердца незнакомо, что такое вообще любить кого-то! Ты можешь только развлекаться тем, что ранишь других! Но по себе людей не судят! — Дамир тяжело задышал. Киро по-прежнему смотрел на него непроницаемым холодным взглядом.
— Ты меня тоже не знаешь, — ответил он отрешённо.
— И не собираюсь узнавать! — Дамир поспешил выйти из-за стола.
— Хорошее же у тебя воспитание, городской мальчик. Разбил посуду и пошёл, — услышал он за спиной голос Киро. Дамир закрыл глаза, ему показалось, что он сейчас взорвётся. Он до боли прикусил губу, чтобы сдержать себя. Он развернулся и, придав своему лицу как можно более равнодушное выражение, стал собирать осколки с пола. В один момент он неловко ухватил кусок стекла и порезал руку.
«Чёрт», — подумал Дамир. Кровь начала капать на светло-голубой ковёр. Дамир чувствовал себя глупо с порезанной рукой. Наконец он поднялся, держа в руках груду битого стекла. Рене и Киро тут же увидели кровь.
— О, Господи, Дамир! — Рене подскочила к нему. — Нужен бинт! Да брось ты это стекло! Киро!
Но Киро в комнате уже не было, он вернулся через несколько секунд с аптечкой. Рене в это время, забрав осколки у Дамира, подвела его в раковине. Дамир смывал кровь с ладоней. Порез был довольно глубоким. Киро подошёл к нему и взял его ладонь в свою. Дамир почувствовал, как у него перехватило дыхание.
— Я же говорю, городской мальчик, — вполголоса сказал он, слегка ухмыляясь. Но Дамир его услышал, он со злостью одёрнул руку обратно и оттолкнул Киро от себя.
— Сам справлюсь! — Дамир со злостью схватил бинт из аптечки. Отвернувшись, он успел заметить, что Киро на него смотрит, улыбаясь одними глазами.
— Как хочешь, — сказал он, пожав плечами, и отошёл.
«Городской мальчик, — стучало у Дамира в голове. — Ну! Вот ведь гад!»
Дамир был готов закричать от злости. Тем более, что перевязать рану ему не удавалось. К Дамиру подошла Рене.
— Давай я помогу, — Рене взяла в руки бинт и ладонь Дамира. — Ты извини его, я, правда, не знаю, что на него нашло, — тихо сказала она, покосившись на Киро, стоявшего недалеко от них. Дамир повернулся и взглянул на Киро и заметил в его глазах такую странную эмоцию, которую не мог понять. Он как будто с сожалением смотрел на то, как Рене перевязывает рану Дамира.
В это время в комнату вернулась Рада. Увидев эту картину, она всплеснула руками:
— Дамир, что случилось?!
— Просто порезался, — ответил он.
— Рада, правда, нет повода для беспокойства, — улыбаясь, поддержала его Рене. — Царапина.
— Дамир, врачи советовали тебе не перенапрягаться, поэтому тебе лучше отдохнуть, — заботливо произнесла Рада. — Твоя комната на втором этаже, первая дверь.
— Хорошо, — кивнул Дамир. — Всем спокойной ночи. Спасибо, Рене, — он поднял перебинтованную руку и слегка помахал ей.
— Да ладно, — улыбнулась в ответ Рене.
Дамир направился к лестнице, взглянув на Киро мельком, чтобы тот не заметил этого, но Киро всё же перехватил его взгляд. Дамир тут же, хмыкнув, отвернулся. Он поднялся по ступенькам и открыл дверь в свою комнату.
Спальня была небольшой, но уютной. Здесь был шкаф из тёмного дерева, стол и кровать, застеленная тёмно-коричневым покрывалом. Справа была дверь в ванную. Дамир вошёл в комнату и осмотрелся. Ссора с Киро всё ещё не улеглась внутри. Ему так хотелось отыграться за это обидное — «городской мальчик», но пока он не знал, куда ударить. Он, и правда, совсем ничего не знал о Киро, и ему было не понятно его поведение. Он ходил по комнате взад и вперёд.
«С чего он вообще набросился на меня? «Сама любезность с гостями»… Ну ничего себе — любезность!»
Дамир сел на кровать и посмотрел на свои ладони, вспомнив прикосновение Киро, от которого он даже на секунду потерял дыхание.
«И что со мной происходит?..»
Дамир поднялся с постели и прошёл в ванную, оставив дверь открытой. Он включил прохладную воду и попытался умыть лицо одной рукой. Вдруг в дверь постучали.
— Войдите, — крикнул Дамир. Дверь открылась, и в отражении в зеркале Дамир увидел, что это Киро. Дамира вдруг охватило сильное волнение. Сердце застучало в ушах.
— Тут Рада попросила тебе принести, — как-то нерешительно произнёс Киро, в руках он держал тарелку с несколькими бутербродами. Ведь Дамир так ничего и не съел.
— А, — протянул Дамир, стараясь, чтобы его голос звучал равнодушно. — Спасибо, — бросил он, не оборачиваясь, и снова зачерпнул воду одной рукой, умывая лицо. Киро поставил тарелку на стол. Некоторое время он топтался на месте. Дамиру показалось, что он как будто хочет ему что-то сказать, но не решается. Но как только Дамир повернулся к нему, Киро сразу вышел за дверь.
Дамир подошёл к столу и взял с тарелки бутерброд. Он подозрительно рассматривал его несколько секунд, как будто он мог быть отравлен, а затем откусил.
«Ну и денёк, — Дамир устало вздохнул. — Надо позвонить Анне, она, наверное, волнуется за меня», — он улыбнулся, подумав о сестре. Но тут он внезапно вспомнил о другом.
«Письмо для Рады!»
Дамир поспешил вниз. Рада сидела одна в гостиной и пила ароматный чай из изящной чашки.
— Что случилось, мой родной? — обеспокоенно спросила она.
— Я совсем забыл о письме от Анны, — Дамир подошёл к своему пальто и извлёк из внутреннего кармана довольно измятый белый конверт. Вернувшись в гостиную, он передал его Раде. Бабушка аккуратно вскрыла конверт, и принялась изучать послание. Лицо Рады по мере прочтения письма становилось всё светлее. Очевидно, новости были приятными.
— Молодчинка, внученька! — чуть ли не хлопая в ладоши, произнесла Рада. Но затем её настроение переменилось. Закончив читать, она задумалась. Дамир терпеливо ждал. Бабушка сложила письмо обратно в конверт и положила его на стол. По-видимому, говорить Дамиру она ничего не собиралась.
— Уже поздно, Дамир, — наконец произнесла Рада, глядя на него, и Дамир отметил, что теперь в её глазах была грусть. Она поднялась с места. — Доброй ночи, — сказала она и направилась в свою комнату, которая была на первом этаже в конце коридора. Дамир задумчиво смотрел ей в след, а затем перевёл взгляд на конверт.
«Интересно, что там?»
Дамир прислушался, было тихо. Он протянул руку к конверту, достал письмо и начал читать.
«Здравствуй, дорогая бабушка. Я люблю тебя крепко-крепко и передаю тебе тёплый привет. У нас всё идёт своим чередом. Мама всё так же сварлива и гоняет брата. Я пыталась недавно с ней поговорить по этому поводу, но ты же знаешь Карнетт. С ней сложно разговаривать, но я не сдамся. Нам пришло письмо от тебя, но я знаю, что ты его не писала. Я видела сны, из которых поняла, что снова возьмусь за карты. Я знаю, что ты одобряешь наследство Роуз, но не хочу, чтобы мама снова оказалась в больнице. И не хочу, чтобы брат волновался из-за всего этого. Поэтому будет лучше, если он не узнает о нашем разговоре. Я работала с картами. Всё вышло очень сложно и запутанно, и ты, как никто другой, должна об этом узнать.
Дьявол очень близко, ближе, чем мы думаем, к Дамиру. Меня это очень волнует. С ним кто-то или что-то выходит на связь, пытается его предупредить. По картам, Смерть обнимает моего брата. Ещё Императрица восседает на троне, под которым проползает змея, Дьявол использует змею, чтобы отравить Императрицу. Колесо судьбы сдерживают мечи прошлого. А в древе жизни сокрыта важная тайна мечей.
Думаю, Дамир влип в историю. И, судя по тому, что происходит, она должна прийти к логическому концу. Я очень боюсь за него, но знаю, что он справится. Понаблюдай за ним. Береги его и себя. С любовью, Анна.
P.S. Дамир, если ты читаешь это письмо, я отлуплю тебя, как только увижу. С любовью Анна».