Шоколадное сердце Кондитера (СИ)
— Особенно нельзя портить дворец и то, что растет на его территории, — сказал отец девушки, добродушно ей улыбнувшись. — Король Миндаль ревностно следит за тем, чтобы его дом был идеален.
— Король? Не королева? — удивилась Лида. — Разве не она должна следить за садами, да за украшением дворца?
— Королева Ваниль больше времени тратит на обучение придворных Кондитеров и на укрепление связей между соседями Королевства, — произнесла мама девушки. — Так что, если рассуждать о том, кто вносит большую роль в политику королевства, то это определенно королева.
— Но не вздумай об этом где-нибудь рассуждать, — предупредил Зефир. — Король очень обижается на то, что многие считают королеву более сильным правителем, чем его. А обида его может навлечь на тебя большую беду.
— Ты, правда, думаешь, что я стану говорить о том, в чем ничего не понимаю? — удивилась Лида. — История не мой конек. А про обществознание я вообще молчу. Мне как-то дружба с цифрами в формулах дается легче, чем с датами.
— Это не оправдание для того, чтобы не разбираться в истории общества.
Девушка промолчала, принимая правоту марципанца.
Чем ближе они подходили к дворцу, тем больше гостей Королевства встречалось на их пути. Все они, мужчины и женщины, без исключения были одеты в яркие костюмы и пышные платья, расшитые различными драгоценностями, сверкающими в лучах заходящего за горизонт персикового солнца.
— Здесь ведь не только люди и марципанцы, да? — спросила Лида, услышав, как позади них гости стали охать и ахать, приветствуя знатных особ.
— На сегодняшний бал были приглашены многие правители соседствующих с нашим Королевством стран, — произнес Зефир, кланяясь проходящей мимо него делегации.
Лида, мельком взглянув на родителей, так же, как и они, осталась стоять прямо, с гордо расправленными плечами, лишь легким кивком головы отдавая честь девочке и мальчику, на вид лет десяти-одиннадцати, которые шли в ногу друг с другом, устремляя свои взгляды только на дворец.
Окружавшие их подданные следили за тем, чтобы господам ничего не угрожало, а один, напоминавший Лиде рыцаря из Средневековья, высокомерно зыркнул на нее, видимо посчитав, что какой-то человек недостоин находится в одном пространстве с этими детьми.
Вся делегация была одета в одежду коричневых цветов, варьирующихся от молочного фундука до темно-каштанового оттенка. На платье девочки и костюме мальчика золотыми нитями были вышиты орехи, а у их сопровождающих та же эмблема красовалась на брошах, прикрепленных к фракам.
— Эти двое, — начал Зефир, — принц и принцесса дружеского нам Королевства Макадамия. Они дети сестры короля Миндаля, его племянники и кузены принца Безе.
— Значит, законным правителем Марципана с рождения была королева Ваниль?
— Да. Отец королевы и дедушка короля заключили брачный союз между нашими королевствами, когда король и королева еще даже не родились. В договоре говорилось о том, что если в их семьях появятся разнополые дети, близкого друг к другу возраста, то они обязательно должны будут пожениться для укрепления доверительных отношений между нами.
— А до этого вы враждовали?
— Нет, такого никогда не было. Макадамия — островное королевство, располагающееся в Кисельном море. Ей принадлежит самый большой водный порт нашего мира, а на самой ее территории существует множество торговых мест, где любой желающий может продавать любые свои товары, кроме оружия, но заплатив за это право в казну символическую плату, чем многие с радостью и пользуются.
— Разве это выгодно? — спросила девушка. — Если у них самый большой порт, то в любом случае все торговцы, так или иначе, высаживаются на их острове. Можно было бы обогатиться за их счет, подняв эту «символическую плату».
— Такие мысли и выдают в тебе человека, — улыбнулся Зефир и, достав из кармана фиолетовых брюк маску, надел ее себе на лицо. — Приготовься, Лида. От того, как ты себя преподнесешь двору, будет зависеть и то, как к тебе будут относиться в дальнейшем. Не говори глупостей. Чаще улыбайся и смейся над шутками. Даже если они не смешные.
— Не поддерживай тех разговоров, по теме которых ты ничего не понимаешь, — произнес отец девушки, так же пряча лицо.
— Если кто-то будет интересоваться твоим именем, то помни, что представляться ты должна полностью, — сказала мама старшеклассницы.
— Да помню я, — выдохнула девушка. — Я, Лидия Воздушная, из рода Воздушных, правнучка Ивана Воздушного, первого в своем роде Кондитера, внучка Николая и Елены Воздушных, дочь Василия и Татьяны Воздушных, Кондитер в четвертом поколении.
— Вот и отлично, — Зефир встал к своей подопечной лицом и, чуть наклонившись вперед, подал ей руку. — Госпожа Лидия, позволите ли стать Вашим сопровождающим на этом вечере?
— Ох, конечно, — усмехнулась девушка, позволяя марципанцу вести себя по главной дворцовой лестнице. — Мы же без Вас пропадем, господин Зефир.
— Не смей ерничать, — улыбнулся покровитель ее семьи, не больно щипнув Лиду за запястье. — Помни о том, что сегодня ты должна понравиться королеве, если хочешь обучаться мастерству приготовления сладостей во дворце.
— Об этом Мы тоже помним, — самонадеянно сказала девушка, ступая на первую ступеньку мраморно-белой лестницы.
***
Разговоры знати были до безобразия скучны и не интересны Лиде. Она переходила из одной группы гостей к другой, уже давно потеряв из виду и родителей, и Зефира, который должен был за ней следить, а заодно потеряв и тот детский восторг, который охватил ее в самом начале, когда она только вошла в бальный зал.
Оказывается, не так уж и прекрасна жизнь во дворце, подумала она, вспоминая, как иногда представляла себе трудовые будни людей, рожденных с коронами на головах.
По роскошному залу, с висящими на потолке блестящими люстрами, эхом разносились голоса гостей. Кто-то из них разговаривал на обыденные темы, кто-то на политические, а кто-то с нетерпением ждал того момента, когда начнется инаугурация молодых Кондитеров.
Из-за масок, скрывавших лица, Лида не могла определить, кто был близок ей по возрасту, а значит, вместе с ней сегодня будет представлять себя и свои семьи перед королевской четой, угощая их самодельными сладостями.
Девушка посмотрела в ту сторону, где восседали король и королева. Они наблюдали за своими гостями и периодически о чем-то тихо переговаривались друг с другом. Лиде показалось, что они были чем-то обеспокоены, но она не стала заострять на этом своего внимания.
И принца Безе почему-то нет, уныло пришла в голову девушки мысль, когда она не увидела беловолосого юношу рядом с правителями Королевства.
Ей хотелось доказать Зефиру, что вчера в яблоневом саду госпожи Шарлотки она видела именно наследного принца, который ушел из дворца в самоволку. Особых причин, конечно, доказывать свою правоту покровителю у нее не было, но как же все-таки хотелось оказаться правой.
Вот так вот взять и заявить: «А я была права! А ты ошибся!»
Лида вздохнула, взглядом поискав в толпе своих родных, но, так и не найдя их, она решила прогуляться по дворцу.
Делать ей этого никто не запрещал, а если в будущем у нее и возникнут из-за этого какие-нибудь проблемы, то можно будет смело свалить всю вину на Зефира и заявить о том, что надо лучше следить за детьми.
Дворцовые стражники, стоявшие у высоких, ажурных дверей с безразличными лицами, даже не моргнули, когда Лида прошла мимо них, покидая бальный зал. Возможно, делать этого и вовсе никому не запрещалось.
Оказавшись в темном коридоре, все голоса гостей, оставшихся позади, моментально стихли, позволяя девушке насладиться минутами тишины и покоя. Идя вперед, она не заметила, как один коридор сменился на другой, ничем, кроме висевших на стенах картин, от первого не отличавшийся.
Предыдущие короли и их семьи, догадалась Лида, всматриваясь в лица незнакомых ей правителей.
Неотъемлемой частью внешнего вида марципанцев, несомненно, были их цветные волосы. У одного короля они были зелеными, у другого оранжевыми, а у третьего и вовсе ядовито-желтыми. А вот прически у всех были, как под копирку. Коротко стриженные, ухоженные и правильно уложенные. Эти мужчины не могли себе позволить плохо выглядеть.