Шоколадное сердце Кондитера (СИ)

— Шоколад? — спросил у нее отец, находя в двух словах лишь один смысл.
— Нет. Максим Горький. Кондитер, которого я видела с принцем Безе в садах госпожи Шарлотки, а потом и на балу. Я встретила его на конкурсе и хочу сказать, что тип он очень неприятный.
— Думаешь, он может знать что-нибудь о пропаже принца? — спросила Пастила.
— Возможно.
— Что ж. Я распоряжусь, чтобы с его покровителем связались, — пообещала девушка и вновь взглянула на часы. — Пойдем, Лида. Нельзя мне здесь задерживаться.
Девушка кивнула, и вся компания спустилась вниз на кухню. Лида вместе с марципанцами прошла через розовую дверь и оказалась в мире своего покровителя и его сестры.
***
Как только Пастила сообщила, что она и Лидия Воздушная прибыли во дворец, а так же, прошептав что-то молоденькому слуге на ухо, их сразу же отвели в какую-то комнату, где король и королева должны были их принять. Зефир, на правах покровителя девушки, остался с ней, в случае чего обещая помочь и словом, и действием, если до него дойдет.
— Ты попросила связаться с покровителем Горького? — спросил марципанец, разглядывая картину, с неизвестным для Лиды пейзажем.
— Да. Но мне с трудом верится, что Трюфель мог позволить принцу сбежать, — губы девушки сжались в узкую полоску. — Он бы такого не допустил.
— Он мог и не знать об этом, — пожал плечами ее брат, пока еще никого ни в чем не обвиняя. — Но об этом мог знать его подопечный. Сам факт того, что принц Безе и Горький встречались в садах Шарлотки, наводит на мысли о том, что они могли планировать побег принца во время проведения инаугурации.
— Но ведь это глупо.
— Почему? — спросила Лида, не поняв мыслей Пастилы.
По ее мнению, они вполне могли обсуждать план действий в месте, где редко бывали посторонние.
— Потому что в тот вечер дворец охранялся сильнее обычного. Стражники были повсюду, и промелькнуть мимо них незамеченным…
— Невозможно. И все же он промелькнул, — перебил сестру Зефир.
— А если его все же похитили? — задала вопрос Лида. — Он же принц, как-никак. Может, его хотят использовать в давлении на короля и королеву? Есть у Марципана враги?
Ее сопровождающие задумались.
Их мир был местом довольно спокойным и дружелюбным. Войн между соседними странами не было уже давно. Многие ссоры и обиды забылись, и новое поколение жило в мире и согласии друг с другом. Конечно, иногда возникали разногласия, куда без них, но чаще всего они заканчивались, так и не успев, как следует, начаться.
— Нет. Никто не способен на подобное.
Лида что-то пробубнила себе под нос, но ее слов ни Зефир, ни Пастила разобрать не смогли.
Никто, говорите?
— А что по поводу того Лиса?
— Ли́са? — удивилась марципанка. — Лисá?.. Это ведь животное из твоего мира, да? Рыжее такое.
— Да, но я не о животном говорю, а о том мужчине, который обвинял принца Безе в побеге, — девушка встала на носки и рукой несколько раз поводила над своей головой. — Вот такого роста. Весь был такой оранжевый и…неестественный?..
— Герцог Джелато, — одновременно произнесли Зефир и Пастила.
Это ведь вид мороженого, подумала Лида.
Она давно перестала обращать внимание на то, что имена тех, кто живет в этом мире, в ее же мире означали названия всевозможных сластей. А если вспомнить ее первую встречу с принцем Безе, то оказывается, что это ее имя, по местным меркам, странное.
— И кто он?
— Тот, с кем иметь дело категорически не хочется, — сквозь зубы процедил покровитель семьи девушки.
— Герцог Джелато — правитель небольшого герцогства Парфе, которое находится к северу от нашего королевства. Во времена, когда карта нашего мира была еще пуста, парфийцы были единственными, кто жил здесь, — стала объяснять Пастила. — Во всяком случае, так считается. Они расширяли свои территории, открывали и наносили на карты новые земли.
— Тишь, процветание, да благодать, — вставил свое слово Зефир, чем удивил Лиду.
Обычно он не позволял себе так открыто проявлять антипатии к кому-то.
—Да, так и было, — смерив брата укоризненным взглядом, произнесла Пастила. — Но рано или поздно всему приходит конец. Многие территории захотели получить независимость от первого правителя Парфе.
— Почему?
— Потому что он был деспотом, — сказал Зефир.
— И все?
— И все, — ответил марципанец, не собираясь вдаваться в подробности. — О том времени, и тех событиях не принято говорить. Просто знай, что территории смогли отвоевать свою независимость, и теперь будь то Марципан или Макадамия, или любая другая страна, все мы живем с уважением друг к другу и нежеланием провоцировать конфликты.
— Но Парфе все еще существует, — сказала Лида.
— Конечно, существует. Куда ему деваться? Но той власти на континенте, как раньше, у них нет. Теперь это небольшое герцогство, давно растерявшее свою силу и славу.
— Зефир!.. — недовольно проговорила Пастила, не одобряя слов брата. — Лида, не слушай его. В Парфе живет много хороших Кондитеров.
Их экскурс в историю прервала запыхавшаяся от быстрого бега девочка, на вид чуть младше самой Лиды, которая без принятого правилами приличия стука ворвалась в комнату. Ее волосы чуть прикрывали уши, и собрать их в привычную, высокую прическу, которую носили все обитательницы дворца, не получилось бы при всем желании.
Платье, как у фрейлин, но выглядит она так, будто не привыкла носить такое,подумала Лида, разглядывая девочку.
— Беда! Беда, госпожа Пастила!
— В чем дело, Ириска? — спросила девушка, обеспокоенно положив свои руки на плечи девочки.
— Король и королева!.. — судорожно выдохнула Ириска. — Герцог Джелато объявил, что из-за отсутствия принца Безе на балу, король и королева потеряли свое право на трон!..
— Что за глупость? — спросила Лида, и только сейчас молоденькая фрейлина обратила внимание на нее и на ее покровителя.
— Ох, прошу прощения! Господин Зефир! Госпожа Лидия!
Девочка отвесила им реверанс, низко склонив голову.
— Это не глупость, — чуть погодя ответил марципанец, и цокнул языком. — Вот почему он твердил о побеге!..
— Ты говоришь о?.. — Пастила охнула, прикрыв рот ладонью. — Как же такое могло произойти?..
— Есть ли смысл говорить, что я ничего не понимаю? — чуть обидевшись, спросила Лида. — Опять.
— Бал инаугурации не просто вечер, где таких, как ты, представляют двору, — сказала марципанка. — Это старый обычай, корнями уходящий во времена первых парфийцев. Правитель и его наследник обязаны на нем присутствовать, иначе их отсутствие будет рассматриваться, как отказ от своих прав властвовать в собственных землях.
— Это…глупо, — протянула Лида. — Мало ли, почему они не смогли присутствовать. Заболели, например. Или заблудились и опоздали.
— Если бы все было так просто, — покачала головой Пастила и обратилась к девочке, которая стояла рядом с ней, не смея даже сделать лишнего движения. — Ириска, где они?
— В тронном зале. Король Миндаль и королева Ваниль все еще выслушивают, то есть, я хотела сказать, слушают, — поправила себя Ириска, — обвинения герцога Джелато о предательстве принца Безе наших традиций и устоев. Принц Каштан и принцесса Кола все еще находятся во дворце и представляют интересы своих родителей на этом слушание. Так же там присутствуют представители Ирги и Цитрона.
— Все, кто нужен, в сборе, — криво ухмыльнувшись, произнес Зефир и вышел из комнаты.
— Нам тоже следует пойти? — спросила Лида у Пастилы, на что марципанка лишь горестно вздохнула и последовала за братом.
— Госпожа Лидия, думаю, Вам не стоит показываться перед герцогом Джелато, учитывая то, что…
— Это я рассказала, что встретила принца в том коридоре, — закончила за Ириску девушка.
И все же… Нужно подслушать.
***
Громкий голос короля Миндаля был слышен даже из-за массивной резной двери, которая скрывала происходящее в тронном зале от посторонних глаз.
Когда Лида и Ириска подошли к ней, то они заметили, как несколько слуг, подслушивающих разговоры правителей, вздрагивали, стоило только Его Величеству выкрикнуть в адрес сына слова защиты.