Лес, который оживает в сезон дождей

Где-то в Лесу
В этот раз Пашка открыл глаза лишь потому, что его кто-то отчаянно тряс за плечи и звал по имени. Мальчик еле разлепил слипшиеся губы и произнес непонятный полу-стон, полу-вздох.
Перед его глазами все плыло, и сфокусировать взгляд на лице человека, который его звал, никак не получалось. Лишь когда знакомый голос, звучавший будто бы издалека, велел ему прийти в себя, Пашка начал приходить в себя.
— Павел! Павел, очнись! — просила Марьяна Суреновна. — Ты меня слышишь?
Ее пальцы больно впивались в детские руки, отчего сознание вернулось к внуку Марьяны Суреновны намного быстрее. Мальчик морщился от неприятных ощущений, предпринимая слабые попытки вырваться из стальной хватки пожилой женщины.
— Б-бабушка? Что ты?.. — попытался произнести он, но в горле запершило, и Паша смог только прокашляться.
— Я так рада, что с тобой все в порядке, — произнесла Марьяна Суреновна, крепко обнимая его.
От неожиданности мальчик поперхнулся, забыв, как нужно дышать. Обычно она никогда не проявляла своих симпатий к кому бы то ни было так открыто. Особенно к нему.
Различные виды нежностей, будь то объятиями или поцелуями на ночь были категорически запрещены в доме Марьяны Суреновны. Она считала, что подобное поведение недостойно воспитанных людей, а родственники и так, по определению, любили друг друга и знали об этих чувствах.
— Бабушка? — голос его был тихим и хриплым, но удивленные нотки все равно были замечены ею. — Почему ты здесь? Как ты меня нашла?
— Никак. Это чудище притащило меня.
Пашка перевел взгляд в сторону двери, где из стороны в сторону метался его похититель. Темная Васса что-то бурчала себе под нос, топала ногами и, казалось, выдирала волосы на голове.
Заметив, что на нее смотрели люди, она взвыла, покидая свое убежище.
Им оказался небольшой, обветшалый домик. Кому он мог принадлежать, если людям в Лесу находиться запрещено — непонятно. Все углы давно обросли паутиной, половицы вот-вот норовили проломиться, а оконные створки с давно разбившимися стеклами скрипели от легкого ветерка, проникающего в помещение.
— Что это с ней? — удивилась Марьяна Суреновна, не выпуская внука из своих объятий.
— Бесится, что через Лес хотят построить дорогу, — произнес Пашка.
— Ты ей об этом рассказал?
— Нет. Видимо услышала от кого-то из местных, — сказал мальчик, покачав головой, а после добавил: — Так почему ты здесь? Как она смогла тебя забрать?
Марьяна Суреновна встала со скамьи, оглядывая помещение. Половицы под ее ногами заскрипели, и женщине пришлось аккуратнее наступать на доски, сперва проверяя, не сломаются ли они под ней. Помещение было давно заброшенным, как хозяйка она сразу же поняла это.
Но внешний вид комнаты занял ее мысли ненадолго. Сейчас куда важнее было решить, то им следовало делать дальше. Могли ли они сейчас сбежать отсюда? Или лучше дождаться помощи от остальных?
Знать бы им еще, когда эта помощь подоспеет.
Пашка окликнул бабушку, вновь задавая ей свои вопросы.
— Ища тебя, твои друзья зашли в Лес и познакомились с лесными жителями. Они узнали, что нужно сделать, чтобы вызволить тебя и пришли ко мне.
— Ты же не веришь в лесных жителей, — произнес Пашка, а затем спохватился, так же вскакивая со скамьи.
Голова от резкого движения закружилась, но он смог устоять на ногах.
— Какие еще друзья?
— Олег с Олесей и Лизавета, — спокойно поведала внуку старушка, осторожно вглядываясь в пейзаж за окном.
Одни деревья.
Высокие, устремляющиеся ввысь стволы, с размашистыми ветвями и растущими на них листьями во всевозможных оттенках зеленого. Ни птиц, ни зверей, ни лесных жителей.
— Как думаешь, она надолго ушла?
— Что? Они искали меня? — не поверил мальчик, пропуская вопрос бабушки мимо ушей.
Олег еще, быть может, и поискал бы, но девчонки? Он с ними не дружил.
Олеся была трусливой, это все знали, а Лиза… Лиза хоть и относилась к нему лучше, чем ее подруга, все же вряд ли бы стала искать его, оставив поиски на взрослых.
Поверить в то, что они втроем вошли в Лес, искали его, встретились с лесными жителями, заговорили с ними, никак не получалось. Но его бабушка никогда не врала, предпочитая говорить правду и только правду, какой бы обидной она не была. Поэтому поразмыслив, Пашка решил, расспросить обо всем Олега, когда они выберутся из Леса.
Ведь так хотелось узнать истинную причину их поступка.
— Я же говорила, что стоит только постараться, и друзей ты обязательно найдешь. А ты все книги, да книги, — произнесла Марьяна Суреновна. — А откуда ты узнал, что эта Васса о постройке дороги от местных узнала?
— Она сама сказала, — подходя к бабушке, прохрипел Паша. — Только и говорила об этом.
— Она разговаривает? — удивилась женщина, оборачиваясь к внуку. — Я слышала лишь какие-то стоны и завывания, явно на нашу речь не похожие.
— А она еще и бубнит иногда. Именно так я и имя ее узнал, она все время его повторяла, и про то, что она о дороге разузнала, — сказал Паша. — Так истерить начала. Тебе бы ее поведение не понравилось.
— Поверь мне, Павел, я видела, на что способна эта особа. Надеюсь, что она не за твоими новыми друзьями погналась, — сказала женщина, с силой дергая на себя входную дверь.
Та, не сразу поддавшись, отварилась.
В домик ворвался свежий прохладный воздух.
— А сейчас они где?
— Пытаются спасти нас и Лес, — произнесла Марьяна Суреновна, а за окном мелькнула белая полупрозрачная тень.
Бабушка Паши на секунду испугалась, решив, что это вернулась Темная Васса, но приглядевшись, расслабилась, неодобрительно покачав головой и скривив губы.
Этой встречи она совсем не ждала.
***
«Стоило оставить девчонок дома, в тепле и безопасности», — именно так думал Олег, когда по Лесу вновь разнесся вой.
Он не ожидал, что Темная Васса погонится за ними так скоро. Все-таки Марьяна Суреновна уверила их, что признав в ней сестру Маришки, вторая половина царицы Леса надолго забудет о Сердце, а значит, и о них.
До деревни лесных жителей оставалось всего ничего, но кровь стыла в жилах, когда приходило осознание того, что Темная Васса была уже близко.
Встречаться с ней вновь не хотелось совершенно. Дети надеялись, что у них получится быстро расправиться с заданием, данным им Вассой и Инессой.
Но, как оказалось, у настоящих героев ничего не могло пройти быстро и гладко.
Олеся раз за разом спотыкалась, путаясь в собственных ногах, и лишь благодаря Лизе, крепко державшей подругу за руку, девочка до сих пор не ободрала коленки и не запачкала одежду.
Она судорожно дышала, пытаясь вдохнуть больше воздуха, но сделать глубокого вдоха у нее никак не получалось.
— Далеко еще? — на выдохе проговорила девочка, стараясь ровно дышать. — Ног уже не чувствую.
— Почти добежали, — сказал Олег, а потом решил добавить: — Как только сезон дождей закончится, будешь со мной по утрам бегать. Слабачка.
— Будешь обзываться, я маме пожалуюсь, — прохныкала девочка.
— Хотел бы я на это посмотреть. Только и умеешь, что всем на всех жаловаться.
— Не тратьте зря силы, — в очередной раз вмешалась в их ссору Лиза. — Дуб уже виднеется.
Массивное дерево, служащее лесным жителям входом в деревню, отличалось от остальных своих собратьев не только благородным размером, но и некой аурой, исходившей от него. Оно внушало страх, но одновременно с этим давало тем, кто на него смотрел чувство покоя и умиротворения.
Добежав до него, дети позволили себе отдышаться.
Олеся сжимала рукой бок, мысленно обещая себе провести остаток каникул лежа на кровати и не заниматься никаким физическим трудом.
Олег крепче сжал в руках старую книгу, хранящую между своих страниц Сердце Леса.
Лиза же пыталась разглядеть выходящие им на встречу огоньки, но никто еще не появился, чтобы встретить их.
— А что они теперь с ним делать будут? Оно же давным-давно завяло, — произнесла Олеся, опираясь о свои колени.