Небо в огне (СИ)

- О чём они говорят? Ты слышишь? – прошептал изыскатель, придвигаясь к ящеру. Тот сердито зашипел.
Шафкат повернулся к валунам и жестом поманил человека и ящера к себе. Алсек поднялся и встретился взглядом с большим белым котом.
Прилетевших было всего четверо, всех изыскатель когда-то видел – не в городе, так в пустыне, когда йиннэн и люди вместе истребляли огнистых червей. Шрамы от ожогов заросли шерстью, имён Алсек и не знал, но было смутное чувство – все они много раз встречались ему на пути.
Они были немногословны. Предводитель велел Хифинхелфу привязать кокон из циновок между двумя самыми сильными котами и замолчал, щурясь на пронизанное красными жилками солнце.
- Вы знаете о солнечном змее? – рискнул спросить Алсек. Йиннэн шевельнул ухом.
- Вы с Кошачьих Скал? – спросил изыскатель. – Вас сейчас мало в городе…
Предводитель хмуро посмотрел на него.
- На Кошачьих Скалах никого не осталось, зноррк. Скорро никого не останется и тут.
- Но почему? Куда вы улетаете? – растерянно мигнул Алсек. – Вы знаете, кто ранил Ярру?
- Нас мало, зноррк. Под огнём с неба мы не выстоим, - вильнул хвостом кот. – Ярра будет здоррова к концу месяца, но когда она веррнётся, я не скажу. Будьте осторрожны срреди огня, зноррки. Вы нашли себе много непрриятностей…
- О чём ты? – нахмурился Алсек, но кот не ответил. Его сородичи развернули крылья, и кокон из циновок поднялся в воздух, покачиваясь на широких ремнях. Ещё двое йиннэн взлетели следом.
Когда тёмные точки скрылись среди песков, Шафкат повернулся к Алсеку и судорожно вздохнул.
- Благодарю вас за помощь, о изыскатели. Но нам не следует тут задерживаться…
До холма, под которым были привязаны ящеры, путники дошли в молчании. Там, потрепав по боку своего кумана и обменявшись с ним коротким шипением, Хифинхелф немного ожил.
- Алссек, мы сс Кушши догоним васс позже, - сказал он, вручив изыскателю поводья анкехьо. – Я опусстошшу нашш тайник. Надо вссё-таки довезти коссти до Ачаккая.
- Верно, - ясный рассудок возвращался к Алсеку медленно. – Прикрой мешки циновками в дороге. Стражу я предупрежу.
========== Глава 10. Горящие травы ==========
Отия с недовольным шипением спрыгнула с ладони Хифинхелфа, в падении расправила яркие крылья и скрылась в дрожащем над холмами мареве. Раскалённый воздух струился вверх, и горизонт затянуло рябью, - пёстрая крылатая ящерица мгновенно потонула в ней.
- Кто пишет? – Алсек придвинулся к ящеру, стараясь не выбираться из тени. Даже ему, чистокровному Ти-Нау, сыну Солнца, было жарко в полуденной пустыне, и укоротившиеся тени длинных красных скал не спасали от небесного огня. Только иприлор нарочно выставил на солнце половину туловища – спиной, впрочем, прислонившись к прохладному камню.
- Как водится – папаша, старейшины и прочие соплеменники, - лениво отозвался ящер, раскладывая на ладони клочки папируса и велата. Жители Мекьо на этот раз были немногословны, и Хифинхелф сперва подумал, что все хором зовут его в родной город, но нет – дурных новостей не было. В плавильных цехах заделали пробоины, разлившийся металл, застывший на полу, пустили на переплавку, все, кто обжёгся в тот страшный день и выжил, вернулись к работе, а новых бедствий не было. «Папаша» - Феленхелф с яруса солеваров – сетовал на жару – дескать, прохлады днём не найдёшь нигде, кроме самых глубоких соляных шахт, и даже мертвяки, иногда просыпающиеся в пещерах, с самой весны не шевелятся – должно быть, изнемогли от жары. Слизь в ходах высохла, редко найдёшь на стене влагу, и самые смелые иприлоры думают уже, не спуститься ли им на дно – может, бесцветный слизняк давно издох?..
Хифинхелф тихо зашипел, насмешливо высунув язык, и ссыпал письма в поясную суму. Ни одна тень не проносилась над скалами, даже пустынные кошки куда-то попрятались, только высоко в небе реяли полуденники, высматривая добычу.
- Всё тихо в Мекьо, - сказал иприлор, закинув руки за голову и вытягиваясь под скалой во весь рост.
- Хиф, изжаришься, - покачал головой Алсек и потянулся за флягой. – А из Вайдена ничего не прилетало?
Иприлор пожал плечами.
- Вайден молчит. Я не рассчитывал оссобо на ответ…
Алсек тихо вздохнул. «Жил бы там кто поспокойнее, я сам съездил бы с посланием. А с Гевахелгами лучше не шутить…»
- Кто-нибудь видел почтенного Шафката? – он огляделся по сторонам, но вокруг были только красные камни, песок и колючие травы. – Мыслимо ли – гоняться за небесными змеями в такую жару!
- Где-нибудь затаилсся, - махнул лапой ящер и с большой неохотой поднялся с песка. – Аманкайя, ты сспишшь?
- Э? – растерянно взглянула на него чародейка. Её и впрямь разморило в тени красной скалы, и песок, недавно скатанный в шар и подвешенный в воздухе, снова осыпался к её ногам.
- Слишком жарко для раскопок, - сказал Хифинхелф и покосился на солнце. – Вернёмся к заклинаниям. Самое время отработать Блокаду разума. Алсек, ты сс нами?
- Рано ещё Аманкайе такое отрабатывать, - покачал головой изыскатель, уступая магам место в тени. Сам он отошёл на несколько шагов и прижался спиной к ещё не нагретому солнцем валуну. От нарастающей жары и так звенело в ушах – а если случайно попасть под Блокаду разума, не очнёшься и до вечера…
- Хссс, - шевельнул хвостом ящер. – У Аманкайи оно и так получаетсся, оссталоссь научитьсся управлять… Теперь сслушай: я всстану в той сстороне, ты попробуешшь поразить меня. В ссторону Алссека не колдуй, направляй вссе лучи вмессте, не расспыляя их. Справишшься?
Колдунья нахмурилась.
- Хиф, я не хочу поражать тебя. Разве тут мало обычных ящериц?
- На обычных ящериц оно так не подейсствует, - покачал головой иприлор. – Мозг у них маленький, а череп толсстый. Тут нужно разумное ссущесство.
- А если я ударю слишком сильно? И ты будешь ранен… или, храни нас Зген, убит? Это ведь сильное заклятие…
- Ничего, - отмахнулся Хифинхелф. – Чтобы кого-то им убить, нужно лет шшессть колдовать сс утра до ночи. Ссобери лучи в пучок и присступай. Ессли доведётсся ссойтиссь сс кем-то из насс в бою, ты, по крайней мере, не будешшь беззащитной.
«Хифу совсем голову не жалко,» - покачал головой Алсек, уползая за валун. Невидимый обруч уже сдавил виски – как Аманкайя ни старалась сосредоточиться, магия расходилась от неё волнами и затапливала округу.
«Просторная нора,» - лениво подумал он, глядя под ноги – в красной скале, над грудой песка и щебня, зиял лаз. Усевшись на песок, Алсек направил в темноту луч церита и спугнул мелких летучих мышей.
«А туда можно залезть,» - жрец осторожно протиснулся в нору, держа фонарик в зубах. Камень, клочки жёлтой шерсти, влипшие в вековой ил, следы давно утёкшей воды… Алсек кое-как миновал изгиб туннеля и пополз дальше. Откуда-то тянуло свежим воздухом.
«Вверх?! Зген всесильный, я что, змея?!» - Алсек, оцарапав обе руки, перевернулся на спину и нащупал края каменного колодца. Оставив на камнях туннеля клочок накидки, он выполз из-под земли на вершину длинного гребня и сел там, переводя дух. Позади, в ущелье, растерянно шипел Хифинхелф – он заметил, что Алсек пропал, но не понял, куда тот делся. Изыскатель усмехнулся, вдохнул поглубже горячий воздух пустыни – и закашлялся от запаха гари.
- Хиф! – вскрикнул он, поднимаясь на ноги. Отсюда, со скалы, куманьи пастбища на севере были видны, как на ладони, - и по ним рыже-чёрной волной катилось пламя. Дым горящих трав бесчисленными потоками поднимался к небесам, и в нём метались куманы, с рёвом налетая на хижины и ломая изгороди. Пламя пожирало обломки и медленно растекалось по земле, ещё мгновение – и подсохшие листья Меланчина скорчились и задымились, а навес над фамсовой башней вспыхнул со всех сторон разом.
- Шшто?! – ящер взлетел на гребень и потрясённо зашипел. – Кушшши!
Где он разглядел своего кумана, Алсек не знал – тысячи перепуганных ящеров убегали от огня к северной дороге, снося на пути грядки. Вот один запнулся о другого, на них налетел третий, первый подпрыгнул и лягнул его, следом промчались ещё пятеро, и один куман так и остался лежать, вяло дёргая лапами. Хифинхелф громко зашипел и спрыгнул с холма.