Львиной Тропой. Пульс (СИ)
«Фудж?» – Сейфер искренне изумился.
«А чего, ты думаешь, она с вами делает?!» – Хранитель позволил себе вернуться к прежней манере разговора, но тут же умолк.
«Не суть дела. Так что ты будешь делать? Ждать или действовать?»
- Но с чего начинать? Куда идти за ответами?
«Ты сам знаешь».
- В Сентру? – усмехнулся бывший рыцарь. – Меня там попросту сожрут, проще с пристани утопиться.
«Это не твой метод. И даже если сожрут – не самый худший вариант. Так как мы поступим, господин?»
Сейфер серьёзно задумался. Ждать в Баламбе или рискнуть его покинуть? Как он успел понять, раньше Гилгамеш был фрументарием – это нечто вроде шпиона. Не столь важно. Он сказал дело: в мире наверняка полно желающих свести счёты с ним, с Сейфером. Вполне заслуженно, но останься он в Баламбе – и его два верных друга, Раиджин и Фуджин, встанут на пути чужаков. Они всё же хорошие друзья, самые лучшие... Баламб или Сентра?... А ведь ещё Гиперион надо как-то раздобыть...
Не заметно для своего носителя, Гилгамеш, Третий Круга Равных, усмехнулся. Он уже знал решение этого мальчика. Он прекрасно его понимал. Такие как он, как сам фрументарий, не созданы для спокойной жизни. Им не суждено встречать старость в тёплых постелях. Они не станут ждать своей участи. Они сами шагнут ей навстречу. Баз страха, без сомнений, как бы глупо это не выглядело со стороны. Они знают чего хотят. Они всегда в поиске. Поиске своего места под лучами этого злого солнца.
По земле, местами потрескавшейся от летнего зноя, по выжженной солнцем редкой траве, неспешно шагала тень. Твари, даже самые кровожадные, обходили её стороной. Иногда, когда особо упрямая пыталась всё же атаковать, хватало лишь одного взгляда, чтобы чудовище отступило. А те, что не смогли совладать со своим врождённым инстинктом убийцы, оставались за спиной странника кучками пепла. Тень продолжала свой путь. Заблудившийся путник, веками ходивший по Сентре, давно уже не искавший дорогу, просто ждал. Он успел прожить не одну человеческую жизнь, увидеть не одну смерть. Порой его считали мессией и отчаянные фанатики отправлялись на поиски странствующей тени. Порой его принимали за порождение зла и отважные воины уходили в бесконечный поход за его головой. Его не раз называли тёмным Богом Войны, ибо на земле, где ступала его нога, неминуемо разгоралось пламя междоусобицы. Все они ошибались. Он продолжал свой путь, играя возложенную на него роль. Роль кукловода, избранного Великой Судьбой развлекать капризную мать. Иногда он спасал чужие жизни, за что его восхваляли. Иногда чужие жизни приходилось рушить, за что его проклинали. Словно карты на огромном игровом поле, он раскладывал судьбы людей, перемешивал их, перетасовывал. Не покидая южных земель, он продолжал влиять на судьбу всего мира. Он не был злым или добрым, но был необходимым. Он даже не мог вспомнить момента, когда ему открылась эта истина. А может быть он просто утешал себя этим. Безымянный. Безликий. Сентрийский Фантом. Первый Круга Равных. У него были сотни имён, канувших в вечности. Может быть за своими деяниями он просто коротал время. Первый ждал. Он никогда не переставал ждать.
Комментарий к 50. Post Scriptum Тут должны быть титры, но мы так и не определились с актёрским составом...