Ты - моя! (СИ)

Лив обессиленно падает на живот, и Элайджа накрывает ее собой, все еще не выходя из дрожащего тела. Проходит больше минуты, прежде чем он, наконец, придя в себя, с хриплым вздохом слегка отстраняется, и его член выскальзывает из тесного плена ее влажной плоти, а Оливия наконец может вытянуть ножки, облегченно вздыхая.
Будто извиняясь, Майклсон покрывает легкими поцелуями тонкие плечи, а после разворачивает любимую к себе, вглядываясь в мутные синие глаза.
— Что же мы будем делать, когда мой живот станет огромным, и ты уже не сможешь вытворять со мной подобные… штуки? — срывается с алых губ неожиданный вопрос, и Элайджа удивленно сводит брови.
— Даже не надейся, что я потерплю походы налево, Майклсон, — продолжает Оливия, строго щурясь, и мужчина не выдерживает, заливаясь тихим смехом.
— У нас есть и еще кое-какие варианты, — говорит он, — в конце концов, от воздержания никто не умирал, синеглазка. Я смогу немного потерпеть.
— Ты — да, а вот я…- и Лив замолкает, осознав, какие именно слова срываются с ее губ.
Девичьи щеки заливаются румянцем, а на лице Элайджи расцветает самодовольная улыбка.
— Значит это я, ненасытный деспот, да? — насмешливо интересуется он, на что Оливия отводит взгляд, пытаясь спрятать пылающее от смущения лицо на мужской груди.
Лив ничего не отвечает, и Майклсон тянет вверх ее маленький подбородок, ловя мутный взгляд.
— Я люблю тебя, — просто говорит он.
Оливия нерешительно поднимает на Элайджу смущенный взгляд, и на ее губах появляется слабая улыбка.
— Я тоже люблю тебя, — отвечает она, — и я вовсе не деспот. Это твоя роль.
— Я тоже так думал, — смеется Майклсон, — но реальность доказывает обратное. Надеюсь лишь, что ты не будешь больше практиковать фокус с наручниками.
Элайджа щурясь окидывает лицо любимой подозрительным взглядом, и Лив невинно улыбаясь, часто кивает, обвивая руками мужскую шею.
Фокус с наручниками действительно исчерпал себя, но Оливия не сомневается, что у нее будет еще много других идей. Вот только Элайдже знать об этом пока совсем не обязательно. В конце концом, у них для этого впереди еще целая жизнь.