Том 9. Повести. Стихотворения

1915
  
Крейсер
 
 
 
Цвела над морем даль сиреневая,
 
А за морем таился мрак,
 
Стальным винтом пучину вспенивая,
 
Он тяжко обогнул маяк.
 
 
 
Чернея контурами башенными,
 
Проплыл, как призрак, над водой,
 
С бортами, насеро закрашенными.
 
Стальной. Спокойный. Боевой.
 
 
 
И были сумерки мистическими,
 
Когда прожектор в темноте
 
Кругами шарил электрическими
 
По черно-стеклянной воде.
 
 
 
И длилась ночь, пальбой встревоженная,
 
Завороженная тоской,
 
Холодным ветром замороженная
 
Над гулкой тишью городской.
 
 
 
Цвела наутро даль сиреневая,
 
Когда вошел в наш сонный порт
 
Подбитый крейсер, волны вспенивая,
 
Слегка склонясь на левый борт.
 
 
1915
  
Молодость
 
 
 
Чуть скользит по черной глади лодка.
 
От упругой гребли глубже дышит грудь.
 
Ночь плывет, и надо мною четко
 
Разметался длинный Млечный Путь.
 
 
 
Небо кажется отсюда бездной серой,
 
Млечный Путь белеет, как роса.
 
Господи, с какою чистой верой
 
Я смотрю в ночные небеса!
 
 
 
Путь не долог. Серебристо светит
 
Под водой у берега песок.
 
Крикну я — и мне с горы ответит
 
Молодой звенящий голосок.
 
 
 
Я люблю тебя. Люблю свежо и чисто.
 
Я люблю в тебе, не сознавая сам,
 
Эту ночь, что движется лучисто,
 
Этот свет, что льется с неба к нам.
 
 
1915
  
Суховей
 
 
 
Июль. Жара. Горячий суховей
 
Взметает пыль коричневым циклоном,
 
Несет ее далеко в ширь степей,
 
И гнет кусты под серым небосклоном.
 
 
 
Подсолнечник сломало за окном.
 
Дымится пылью серая дорога,
 
И целый день кружится над гумном
 
Клочок соломы, вырванной из стога.
 
 
 
А дни текут унылой чередой,
 
И каждый день вокруг одно и то же:
 
Баштаны, степь, к полудню — пыль и зной.
 
Пошли нам дождь, пошли нам тучи, боже!
 
 
 
Но вот под утро сделалось темно.
 
Протяжно крикнула в болоте цапля.
 
И радостно упала на окно
 
Прохладная, увесистая капля.
 
 
 
Еще, еще немного подождем.
 
Уже от туч желанной бурей веет.
 
И скоро пыль запляшет под дождем,
 
Земля вздохнет и степь зазеленеет.
 
 
1915
  
«Степной душистый день прозрачен, тих и сух…»
 
 
 
Степной душистый день прозрачен, тих и сух.
 
Лазурь полна веселым птичьим свистом.
 
Но солнце шею жжет. И мальчуган-пастух
 
Прилег в траву под деревом тенистым.
 
 
 
Босой, с кнутом, в отцовском картузе,
 
Весь бронзовый от пыли и загара,
 
Глядит, как над землей по тусклой бирюзе
 
Струится марево полуденного жара.
 
 
 
Вот снял картуз, сорвал с сирени лист,
 
Засунул в рот — и вместе с ветром чистым
 
Вдаль полился задорный, резкий свист,
 
Сливаясь в воздухе с певучим птичьим свистом.
 
 
 
С купанья в полдень весело идти
 
К тенистой даче солнечным проселком:
 
В траве рассыпаны ромашки на пути
 
И отливает рожь зеленоватым шелком.
 
 
1915
  
Вечер («В монастыре звонят к вечерне…»)
 
 
 
В монастыре звонят к вечерне,
 
Поют работницы в саду.
 
И дед с ведром, идя к цистерне,
 
Перекрестился на ходу.
 
 
 
Вот загремел железной цепью,
 
Вот капли брызнули в бурьян.
 
А где-то над закатной степью
 
Жужжит, как шмель, аэроплан.
 
 
1915
  
Зной
 
 
 
В степном саду, слегка от зноя пьян,
 
Я шел тропинкою, поросшей повиликой.
 
Отец полол под вишнями бурьян
 
И с корнем вырывал пучки ромашки дикой.
 
 
 
Миндально пахла жаркая сирень,
 
На солнце лоснилась трава перед покосом,
 
Свистел скворец, и от деревьев тень
 
Ложилась пятнами на кадку с купоросом.
 
 
 
Блестящий шмель в траве круги чертил,
 
И воздух пел нестянутой струною,
 
И светлый зной прозрачный пар струил
 
Над раскаленною землею.
 
 
1915
  
«Средина августа. Темно и знойно в доме…»
 
 
 
Средина августа. Темно и знойно в доме.
 
На винограднике сторожевой курень.
 
Там хорошо. На высохшей соломе
 
Я в нем готов валяться целый день.
 
 
 
Сплю и не сплю… Шум моря ясно слышен.
 
Как из норы, мечтательно гляжу
 
На хуторок в тени сквозистых вишен,
 
На жнивье, на далекую межу.
 
 
 
Склоняю голову. Вокруг лепечут листья.
 
Сердито щелкает вдали пастуший кнут.
 
И золотисто-розовые кисти
 
Дрожат от тяжести и жадно солнце пьют.
 
 
1915
  
Вечер («Синеет небо ласково в зените…»)
 
 
 
Синеет небо ласково в зените,
 
Но солнце низкое сквозь пыльную листву
 
Уже струит лучей вечерних нити
 
И теплым золотом ложится на траву.
 
 
 
На винограднике, в сухом вечернем зное,
 
Кусты политые горят, как янтари.
 
И как земля тиха в ее степном покое,
 
И как в степи поют печально косари!
 
 
 
Дышать легко. И сердце жизни радо.
 
И все равно куда и как идти.
 
Мне в этот вечер ничего не надо.
 
Мне в этот вечер все равны пути.