От автора:
«Сказка для взрослых пионерского возраста» — как это понять? Да и дата написания повести странная: 1970, 2001. Причем, через запятую.
А ведь история книги и вправду мистическая!
Дело в том, что тридцать лет назад я написала повесть-сказку — не столько для пионеров, сколько для взрослых (как, например, сказки Шварца), в которой дети попадают в неведомую страну, где собран многовековой отрицательный опыт человечества — (своеобразная модель ада). Героям предстоит за шестьдесят лет преодолеть эти опасные ловушки (на земле же проходит шестьдесят минут, то есть час). Не успеют — останутся «у черта на куличках» навсегда. То есть лишатся «самой-самой» в мире страны, верных друзей, родного дома и «Светлого будущего», оказавшись в вечном плену у Матушки Лени, у Страха и Тоски Зеленой, у Золотой Удочки и у Непроходимой Глупости, в царстве которой «дураки едят пироги, а умные — объедки».
В повести все заканчивалось хорошо. Минута в минуту, но ребята все же успевали вернуться домой — с твердым намерением жить иначе, остерегаясь главной опасности: остановился, расслабился, оброс мхом — пропал. В общем, получилось некое предостережение взрослым времен застоя и юному поколению, в руках которого к 2000-му году должна была оказаться наша страна.
Поначалу повесть собрался печатать журнал «Костер», даже заплатил часть гонорара, но потом вдруг отказался — «в связи с изменениями планов редакции». Затем она несколько лет пролежала в Детгизе. Автора кормили обещаниями, заставляли несколько раз переделывать, намекали на некий «кулак в верхах», то разжимающийся, то сжимающийся, но так и не превратившийся в указующий перст. В конце концов, сдались.
Потом телевизионное объединение «Экран», где я в то время работала штатной сценаристкой, загорелось желанием создать на основе повести многосерийный мультфильм. Опять бесконечные переделки, устранение «непроходимостей» и «сглаживание углов»… В конце концов, сказка, так же похожая на первоначальный вариант, как пустой кокон на бабочку, добралась до просмотрового зала последней инстанции.
Была в сценарии такая фраза почти в самом финале: «Ну вот, шестьдесят лет прошло, теперь нам отсюда не выбраться». Вроде бы, абсолютно невинная фраза, если б не грядущее шестидесятилетие советской власти. Роковое совпадение. В общем, бдительное начальство попадало в обморок, фильм сняли с эфира, несколько месяцев буквально изучали под микроскопом на предмет крамолы, а потом все же показали. Только один раз, просто чтобы выплатить съемочной группе хоть какие-то деньги.
Если учесть, что примерно такая же участь постигала в то время и другие мои литературные «предостережения и пророчества», я с досады решила «сменить профессию». А именно — купить дачу в Подмосковье, зарабатывать на жизнь трудом на земле и писать «в стол» до «лучших времен». Когда «сказка станет былью».
И дождалась. Теперь можно издавать все — было бы на что. Увидели свет и двухтомный документально-фантастический роман «Дремучие двери», и повесть «Последний эксперимент», напечатанная лишь в журнальном варианте в 1973-м… И вот, наконец, пришла очередь и «сказки для взрослых пионерского возраста». То есть как раз для тех, кто был пионером в далекие семидесятые. Кто под водительством «сильных мира того» тоже забуксовал, застрял, клюнул, попался, предал. Или просто остановился и задремал, чтобы проснуться взрослым «совсем в другой стране».
Так что новую концовку «придумала» на исходе второго тысячелетия сама жизнь. А моя сказка так и вошла в повесть почти без изменений — первоначальный машинописный экземпляр, пожелтевший от времени. Гуляй, автор, — цензура-то тю-тю!
Такая вот получилась история.
Ну а печальная она (нет страны) или радостная (нет цензуры) — об этом судить самому читателю.